Апартаменты в центре Москвы

ИЗ КРЫШЕК И СТАРЫХ БРИТВЕННЫХ СТАНКОВ ЖИТЕЛЬ СТАХАНОВА СОЗДАЕТ... АВТОМОБИЛИ

				
				
				
ИЗ КРЫШЕК И СТАРЫХ БРИТВЕННЫХ СТАНКОВ ЖИТЕЛЬ СТАХАНОВА СОЗДАЕТ... АВТОМОБИЛИ
БУДУЩЕГО.
   В другой стране Алексей Ведин мог бы сделать карьеру автомобильного
дизайнера или художника-авангардиста. В СССР он считался тунеядцем, сегодня
-- безработный.
   Олег ТРАЧУК.
   "ФАКТЫ" (Луганск).
   Из старого полиэтиленового пакета Алексей вываливает на стол кучу каких-то
крышек, пробок, обломков пластмассовых бритвенных станков, железок,
стекляшек. За минуту весь этот хлам он превратил в макет автомобиля весьма
оригинальной стремительной формы. Так же быстро все разобрал и собрал уже
совсем иную конструкцию. Это напоминало детскую игру в кубики.
   -- Мусородизайн! Нет, мусорокузовофутуродизайн, -- уточнил Алексей. -- В
этом я, правда, не пионер. Мусородизайн на Западе существует давно и занял
свое место в современном искусстве. Но в кузовном дизайне я, пожалуй,
первопроходец. К сожалению, у нас это никого не интересует.
   В свое время Алексей Ведин даже написал письмо "американским друзьям",
надеясь их заинтересовать своими работами, правда, так и не отправил его по
назначению. Не знал куда, да и некогда было. Так и лежат два листика из
школьной тетрадки в потрепанной папке вместе с эскизами автомобильных
кузовов.
   Алексею Ведину уже за пятьдесят, но семьи он так и не создал. Всю жизнь
забрал кузовофутуродизайн, или, как Алексей сам называет свое занятие,
"ЦЕРЕТТО", с двумя "т" -- для удобства произношения на итальянский манер.
Мастер расшифровывает это сокращение как "Цепная Реакция Творчества".
   По словам Алексея, его увлечение началось с интереса к западной цивилизации,
музыке, живописи, литературе. В начале 1970-х годов, бывая в Москве и
Ленинграде, он у подъездов посольств и гостиниц видел иностранные
автомобили, которые поражали воображение формами, отделкой, цветом. Добывал,
где придется, иностранные журналы и восхищался кузовными фантазиями
дизайнеров. В 25 лет Алексей впервые в жизни попробовал сам набросать эскизы
автомобильных кузовов.
   Однако в советские времена несмелые попытки Алексея Ведина пробиться куда-то
со своими проектами так и не увенчались успехом. Да и, собственно, занятие,
ради которого он бросил и работу, и институт, квалифицировалось советским
законодательством как тунеядство. Спасал и поддерживал его только отец --
известный в свое время в Стаханове парикмахер, стричься и бриться к которому
ходили "большие люди".
   На каком-то этапе творчества Алексея перестали удовлетворять только эскизы
автомобильных кузовов. Рисунки отнимали много времени и не давали объема.
Вот здесь и пришел на помощь мастеру мусородизайн. Абсолютно бесплатного
материала оказалось предостаточно на городских свалках. Пробки, крышки,
старые бытовые приборы, всякий домашний хлам превращался в руках мастера в
удивительные кузовные фантазии.
   Необычные проекты, которых накопилось несколько тысяч, оказались никому не
нужными и в наши дни. Одинокий дизайнер из провинции перебивается с хлеба на
воду, изредка подрабатывая ремонтом часов.
   Двор дома, где живет Алексей, подобен мусорной свалке, по которой бродят в
философской задумчивости упитанный кот и худющий пес -- все семейство
мастера. Тесные каморки и чердак жилища тоже завалены хламом. В своих мечтах
Алексей Ведин видит огромный и светлый ангар тысячи на полторы квадратных
метров: "В нем бы я уж по-настоящему развернулся!..".