Апартаменты в центре Москвы

ОТПРАВЛЯЯСЬ НА ЗАРАБОТКИ К ЗАПАДНОМУ РАБОТОДАТЕЛЮ, УКРАИНСКИЕ

				
				
				
      ОТПРАВЛЯЯСЬ НА ЗАРАБОТКИ К ЗАПАДНОМУ РАБОТОДАТЕЛЮ, УКРАИНСКИЕ
МОРЯКИ И   ПРЕДПОЛОЖИТЬ НЕ МОГЛИ, ЧТО ЗА ОБЕЩАННЫЕ ИМ "ЗЕЛЕНЫЕ" ПРИДЕТСЯ
САМИМ ЖЕ     РАСПЛАЧИВАТЬСЯ. В ТОМ ЧИСЛЕ И СВОЕЙ КВАРТИРОЙ.
   Александр ЛЕВИТ
"ФАКТЫ" (Одесса).
   "ФАКТЫ" уже сообщали о том, что после годичного отсутствия на родине в
Украину возвратились моряки, которых вопреки всем международным нормам
насильно удерживали в Габоне. Наш собственный корреспондент встретился с
одним из участников этой эпопеи.
   Капитан предложил экипажу вернуться на борт тонущего теплохода, чтобы..
поужинать и лечь спать.
   В ноябре 1999 года сухогруз "Peter", который ходит под греческим флагом,
отправился в очередной рейс из испанского порта Каркодион. Среди 26 членов
экипажа (подданных различных государств) было четверо украинских моряков:
старпом, два помощника капитана и электрик. Капитаном судна являлся
гражданин Греции господин Димитриадис.
   Работа шла своим чередом, за бортом остались сотни океанских миль. Однако
спустя полгода произошли события, круто изменившие судьбу всего экипажа.
   -- 8 июня 2000 года после погрузки лесоматериалов судно под командованием
капитана покидало акваторию габонского порта Овендо, -- рассказал "ФАКТАМ"
старший помощник капитана сухогруза "Peter" Сергей Рябченко, возвратившийся
недавно в родную Одессу. -- Димитриадис не учел быстрого течения, и "Peter"
столкнулся с крупнотоннажным французским балкером "Аделин Делмас", стоявшим
на рейде.
   Бросив якорь, мы осмотрели судно. Отметили некоторые повреждения верхней
палубы. На следующие сутки около 24.00 капитан дал команду следовать в
открытое море. Но далеко уйти мы не смогли: через 1,5--2 часа на подходе к
порту теплоход дал крен на левый борт -- обнаружилась течь. Чтобы не
блокировать канал, вышли из него и стали на якорную стоянку.
   ...Несмотря на реальную угрозу затопления судна, капитан лишь под давлением
подчиненных ему офицеров, и только в 6 часов утра, согласился спустить
спасательные шлюпки. Но при этом господин Димитриадис отказывался подавать
сигнал "SOS", объясняя это тем, что уже якобы связался с судовладельцем и с
минуты на минуту ожидается прибытие спасательного буксира. К вечеру 9 июня
капитан неожиданно предложил экипажу вернуться на борт тонущего теплохода,
чтобы... поужинать и лечь спать! На что получил отказ -- подчиненные, явно
перестали ему доверять. Капитану пришлось подняться на борт сухогруза только
с одним своим соотечественником -- суперинтендантом.
   -- В три часа ночи раздался невероятный грохот, -- вспоминает Сергей
Рябченко. -- Не выдержало крепление палубного груза, и бревна, каждое из
которых весило около 25 тонн, полетели вниз и разбили спасательный плот.
Пришлось обрезать канат, связывавший два плота и шлюпку, и отойти от судна
на безопасное расстояние. Ведь на борту сухогруза находились два человека, а
в шлюпке -- 24. Теперь, уже не дожидаясь указаний капитана, мы стали
самостоятельно подавать сигналы бедствия: вверх взвились яркие ракеты. И
долгожданная помощь подоспела.
   Правда, не от греческого судовладельца: в 6 утра потерпевших подобрал
французский буксир-спасатель "CLARA". Как оказалось, ракеты, пущенные ночью
со спасательной шлюпки, заметили в ближайшем порту. Сообщение об этом
передали французам, находившимся неподалеку. Благодаря этому удалось спасти
капитана и суперинтенданта, которые находились на практически затонувшем
теплоходе (судно, имея осадку в 8,5 метра, капитально "село" на днище).
После этого весь экипаж спасатели доставили обратно в Овендо. Местные власти
сразу же отобрали у бедолаг документы, и до выяснения обстоятельств
происшедшего моряков поселили в мотель.
   За причиненные неудобства перед моряками извинились, но документы возвращать
отказались.
   Несколько дней спустя задержанных моряков допросили в Министерстве морского
флота Габона, причем на английском языке и без переводчика. Несмотря на то,
что все моряки хорошо владели английским, от подписания каких-либо
документов они отказались. 23 июня всех рядовых членов экипажа отпустили, а
восьмерых офицеров (четверых украинцев, троих эквадорцев и колумбийца)
задержали. Как им тогда объяснили, никто из них не арестован, просто на
потерпевшем аварию теплоходе находилось 300 тонн тяжелого топлива, которое
вытекло и тем самым "нанесло значительный вред экологии габонского
побережья". В связи с этим компании-фрахтователю выставлен счет на
кругленькую сумму -- 8 миллионов долларов США, а восемь моряков, пока ущерб
не будет возмещен, были объявлены финансовыми заложниками. Как утверждает
Сергей Рябченко, урон побережью нанесен не был: быстрое течение вынесло
вытекшее топливо на середину Атлантики. Это подтвердили эксперты
Международной морской организации, прибывшие позднее в Габон.
   Задержанным морякам наручники не надевали, более того, им даже разрешили
свободно перемещаться по Габону. Правда, документы возвращать отказались..
В августе "финансовых заложников" вызвали на очередной допрос, на сей раз в
местную транспортную прокуратуру, где общались с ними уже на французском
языке, опять-таки без переводчика. И вновь офицеры отказались подписывать
какие-либо бумаги.
   Надо отдать должное местным властям: к морякам они относились хорошо, даже
извинялись за доставленные им неудобства. Тем не менее документы не
возвращали и, естественно, из страны не отпускали. Под давлением со стороны
властей хозяйка отеля приютила и кормила (в долг) оставшихся без гроша
заложников. Вот такая забота!.
   -- Наше задержание было противозаконным, -- утверждает старпом. -- За судно
и действия компании отвечает судовладелец, а в его отсутствие на борту --
капитан теплохода. Мы протестовали против незаконных действий, как могли. Но
нам отвечали: судно находилось в территориальных водах Габона, а кто будет
платить -- неважно. Вместе с тем известно, что экипаж гонконгского теплохода
"Sea Fortune", который тоже как-то попал в аналогичную ситуацию, был сразу
же отпущен. Моряков другого судна, танкера "Эрика", ходившего под греческим
флагом, но попавшего в более крупную аварию, во Франции продержали всего
неделю.
   ...А что же капитан? Между ним и остальными офицерами установились такие
"теплые и дружеские" отношения, что старпом всерьез начал опасаться за его
безопасность. Потому, очевидно, господин Димитриадис решил обратиться в
греческий консулат в Габоне -- благо, за него поручилось ответственное лицо.
Увы, дипломатического представительства Украины в Габоне нет, поэтому
украинские моряки вынуждены были обратиться в российское. Пять месяцев они
"наслаждались" африканской жарой и "отдыхали" в отеле, пока их проблемой не
занялись в МИД Украины (генеральный консул России в Габоне Максим Доброхотов
сообщил об украинских моряках в Нью-Йоркский центр по правам моряков).
   Дело передали генеральному прокурору Габона. И там вроде бы приняли решение:
семерых офицеров освободить, а капитана задержать до окончательного
разрешения конфликта. Было еще одно условие: документы морякам вернут в том
случае, если компания "Лэйн Интерпрайсис" оплатит их проживание и питание.
Фирма прислала билеты и банковский документ проплаты за отель (правда, сумма
покрывала "габонские издержки" лишь до 22 сентября). В тот день заложников
вызвали к генпрокурору и сообщили о том, что капитану предъявлено обвинение
в нарушении правил маневрирования, на него налагается штраф в размере 300
000 долларов США. Остальные же остаются просто свидетелями, без документов и
права выезда из страны. Трудно описать состояние моряков, уже считавших себя
освобожденными! Благо, билеты успели переоформить до того, как их вновь
отправили в отель...
   "Все носильные вещи пришлось впоследствии выбросить -- прогнили".
   -- Тогда наше терпение лопнуло окончательно, и мы решили объявить голодовку,
-- продолжает Рябченко. -- Девять дней ничего не ели. Вот тогда
действительно поднялся шум: к нам приезжали местные, французские и
американские журналисты. 1 ноября позвонил Максим Эдуардович Доброхотов и
сказал, что на следующий день мы получим документы в прокуратуре Габона. Так
оно и вышло. Однако уехать сразу не удалось -- получилась накладка с
билетами, пришлось вернуться в отель. А 3 ноября его хозяйка закатила
скандал. Никто, утверждала она, не уедет, пока не заплатит за проживание с
22 сентября. Нас вновь не выпускали из страны. Иными словами, пошла
вторичная "раскрутка" того же "дешевого детективного сценария", только на
более низком уровне. "Хоромы" же, из-за которых так переживала хозяйка
отеля, заслуживают особого внимания. Каждому заложнику было выделено по
комнате, снабженной душем и туалетом. Помещение, где проживал я, оказалось
"глухим", то есть вместо окна красовался неработающий кондиционер (и это при
35-градусной жаре и стопроцентной влажности!). Все носильные вещи пришлось
впоследствии выбросить -- прогнили. По стенам и кроватям ползали
всевозможные насекомые, бегали крысы и ящерицы. За эти "блага цивилизации"
надлежало платить 60 американских долларов в сутки! Троим нашим морякам
(четвертый -- электрик -- был репатриирован раньше, в связи с критическим
состоянием здоровья) "отельный выкуп" собирали родственники -- всего 6 тысяч
953 доллара. В конце октября, как только деньги дошли до адресата, Максим
Доброхотов буквально вырвал нас из отеля, дабы избежать очередной провокации
со стороны габонских властей. Меня, Владимира и Александра приютило
российское посольство в Габоне. Затем мы наконец-то покинули чересчур
гостеприимную Африку, вылетев в Париж, оттуда -- в Киев, а затем -- в
Одессу.
   По прибытии на родину вторых штурманов Александра Сысоева и Владимира
Тугалова, пришлось срочно госпитализировать в инфекционные больницы (первого
-- в одесскую, второго -- в херсонскую, по месту жительства) с диагнозом
"тропическая малярия". Состояние здоровья моряков оставляет желать лучшего.
А денег на лечение у них нет. Ведь зарплату за полгода никто из членов
экипажа так и не получил. Заболевание же это без квалифицированного
современного лечения чревато осложнениями на всю оставшуюся жизнь.
   Сергею Рябченко, по его же словам, придется продавать квартиру, чтобы
рассчитаться с долгами. Его неработающей жене (пятилетняя дочь нуждается в
домашнем уходе) только телефонные переговоры с Габоном обошлись в две тысячи
гривен. Это при том, что Сергею греческий работодатель должен около 14 тысяч
долларов США. Но... Этот горе-судовладелец ударился в бега -- уж очень
многим, как оказалось, он задолжал. Поговаривают, что даже объявил себя
банкротом.
   Прежде чем ехать за счастьем, узнайте, есть ли в избранной вами стране наши
дипломаты.
   В МИД Украины полагают, что подобные ЧП происходят с нашими
соотечественниками, в основном, в тех странах, где нет украинских
дипломатических представительств. Согласно действующему украинскому
законодательству, любой гражданин нашей страны вправе свободно выехать за
рубеж и свободно возвратиться на родину. Этот порядок распространяется и на
тех, кто возжелал "попытать счастья" в дальнем зарубежье. Однако нередко
ситуацию осложняют сами люди, соглашающиеся на работу за границей, не
получив надлежащих гарантий.
   -- В ближнем зарубежье наши структуры имеют возможности каким-то образом
влиять на возникающую конфликтную ситуацию, помогать своим
соотечественникам, -- говорит руководитель консульского управления МИД
Украины Виктор Кирик. -- А вот, скажем, в ряде государств той же Африки, в
разных отдаленных точках земного шара, Украина не имеет дипломатических
представительств. Тогда мы обращаемся за помощью к коллегам из других
государств. Договоренности такого плана существуют, например, с польским и
российским МИДами, к взаимопомощи готова и Франция.